❋ 6.0
Тяжелое генетическое заболевание угрожало ребенку смертью до совершеннолетия и проблемами с развитием. Генная терапия помогла, но спустя несколько лет у него обнаружили опухоль, возможно, связанную с ней.
Медицина # генная терапия # детская генная терапия # опухоль мозга # синдром Гурлер 
Нейроэпителиальная опухоль / © Sbrandner, Wikimedia Commons
Ребенок родился с тяжелой формой мукополисахаридоза первого типа и наблюдается в Детской больнице Филадельфии, штат Пенсильвания, США. Это заболевание приводит к нарушению обмена веществ и необратимому повреждению внутренних органов и скелета. Без лечения продолжительность жизни с таким диагнозом редко превышает 10 лет.
Причина болезни мальчика — мутация в гене IDUA. Чтобы исправить поломку, врачи применили генную терапию, в этом случае RGX-111. Правильная копия гена IDUA попадает в организм человека внутри оболочки вируса. Из-за безопасности чаще всего применяют рекомбинантные аденоассоциированные вирусы.
Лечение оказалось эффективным, и мальчик смог продолжать развиваться, осваивая разные навыки лучше, чем при обычном течении заболевания. Но через четыре года у ребенка развилась нейроэпителиальная опухоль в головном мозге. Ее, к счастью, смогли полностью удалить.
Опухоль, развившаяся у пациента после терапии / © Rebecca C. et al., The New England Journal of Medicine, 2026
Этот случай, статья о котором опубликована в журнале New England Journal of Medicine, стал одним из немногих сообщений о развитии опухоли у ребенка с тяжелым генетическим заболеванием после генной терапии. Ученые провели молекулярный анализ удаленной опухоли. И обнаружили, что фрагменты генетического материала вируса встроились в PLAG1 — ген, связанный с развитием опухолей. Это, вероятно, запустило неконтролируемое деление клеток нейроэпителия. Причинно-следственная связь между генной терапией и развитием опухоли не была доказана (это достаточно сложно сделать в единичных случаях), но все же анализ указал на нее как на возможную причину.
Оболочки вирусов считаются безопасными, поскольку их генетический материал редко встраивается в геном хозяина. Несмотря на это, в 2013 году исследователи показали, что генная терапия может вызывать гепатоцеллюлярную карциному у новорожденных мышей. У человека похожий случай описали в 2025 году. У пациента было тяжелое наследственное заболевание — спинальная мышечная атрофия. После введения препарата развилась пилоцитарная астроцитома, тоже в мозге, но наличие опухоли могло быть совпадением.
Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США в январе наложило частичный запрет на испытания генных терапий RGX-111 и RGX-121. В мае запрет на RGX-121 сняли. Это экспериментальные препараты, в России их не используют. Другие препараты генной терапии (например, «Золгенсма») доказанной связи с раком не имеют и продолжают применяться.
Тысячи пациентов по всему миру с помощью генной терапии могут жить полноценно. Однако для того, чтобы сделать это вполне безопасно, необходимо продолжать изучать долгосрочные риски, даже если они считаются весьма редкими.
